Распечатать: Демократия в опасности. Но по чьей вине? РаспечататьОставить комментарий: Демократия в опасности. Но по чьей вине? Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Демократия в опасности. Но по чьей вине? Посмотреть комментарии

17 декабря 2004

"ДЕМОКРАТИЯ"

Демократия в опасности. Но по чьей вине?

    Президент Кыргызской Республики Аскар Акаев решительно встал на защиту демократии. В связи с этим возникает два вопроса. Кто на нее покушается? И что имеет в виду под словом «демократия» сам Аскар Акаев?
    С покушением все ясно: президент обеспокоен «демократией, навязываемой извне». Оглядевшись по сторонам, легко найти и «злоумышленника». Это, разумеется, Америка. Это ее хлебом не корми, а дай установить демократию на всем земном шаре. Так что, кто, кроме нее? Тем более что она и не отказывается: хочет, чтоб демократия как строй установилась на всем земном шаре, поэтому Украине давала на выборы и еще кому–то. И Кыргызстану не откажет. Более того, наш президент откровенно ждет от нее поддержки, к которой за долгие годы своей власти успел привыкнуть: «… контроль, осуществляемый международными наблюдателями с безупречной репутацией, способен послужить на пользу демократии». Или я что–то путаю? И в этой цитате нет и намека на Америку? Ведь в самом деле: брать у кого–то деньги — это одно, а вот публично признать этого кого–то порядочным — уже совсем другое? Да и откуда мне знать, безупречна ли репутация Америки, на взгляд Акаева, или небезупречна? Есть такой анекдот. На улице к даме разлетелся некий господин с радостным возгласом: «Добрый день, мадам!». На что та, высокомерно оглянувшись, холодно заметила: «Разве мы с вами знакомы?».— «Ну как же… Ведь всю прошлую ночь мы были вместе, и эта ночь…» Но дама властным жестом остановила его: «Это еще не повод для знакомства». Впрочем, к Америке еще придется вернуться…
    … А пока попробуем найти ответ на второй вопрос. Сделать это необходимо, потому что вот уже четырнадцатый год подряд мы будто бы строим в Кыргызстане демократию и как раз под чутким руководством Аскара Акаева. Интересно, что он все–таки имеет в виду под «демократией»? Так сказать, проверим теорию (выступления президента) практикой (тем, что происходит в нашей стране на самом деле).

    Робинзону Робинзоново, Пятнице Пятницево?
    Признаюсь, думала, что словосочетание “островок демократии” уже исчезло из нашего обихода. Но нет, президента оно греет, следовательно, надо “еще выше поднять” этот “имидж”. А куда выше?! Это наша власть, выражаясь бессмертными строками Осипа Мандельштама, давно живет, “под собою не чуя страны”. А народ валом валит на окрестные материки или тихо влачит грустное свое существование, все далее откочевывая на дрейфующем островке от мировой цивилизации. И не понимает, странный, что, цитирую: в Кыргызстане реализован “крупный проект по совершенствованию национальной избирательной системы с целью выведения ее на уровень международных стандартов”, за что мы должны быть благодарны ООН и лично Кофи Аннану. Благодарны мы, может быть, и благодарны. Вот только благодаря нашей “совершенной” избирательной системе мы неоднократно меняли Конституцию, в ее нарушение продлевали полномочия самого Акаева, а в парламент выбирали тех, кто угоден Акаеву. Формально мы сами, голосуя, выбрали себе ту жизнь, какой живем. А фактически за нас это сделала власть, которая на днях вновь приступила к выполнению “задачи наивысшей государственной важности”, то есть выборам самих себя во властные структуры. И очень сильно подозреваю, что на этом пути мы “готовы” еще раз переписать Конституцию, которая все еще недостаточно прогнулась под наши сегодняшние власти, все еще недостаточно гарантирует им блаженство вечное на нашей “демократической” земле.
    Грустно читать такие вот слова президента: “Как глава государства, много лет безраздельно отдавший строительству демократического общества в родной стране, призываю сограждан отнестись к начинающейся кампании по выборам в Жогорку Кенеш с полным осознанием своей гражданской и политической ответственности” на фоне того, как одни сограждане безответственно подкупают других сограждан. Что до властей, то они ничего такого в упор не видят. Теория и практика идут разными путями, а власть, призванная соединять их воедино, предпочтение отдает теории. Но и к этому обстоятельству еще придется вернуться.
    Как прекрасны, как страстны слова президента о том, что он требует позаботиться о том, “чтобы предвыборный механизм во всех его деталях действовал безупречно, гарантировал конституционные права избирателей на участие в открытых, прозрачных, честных выборах”. После них хочется сразу же куда–то бежать и что–то делать прозрачно, честно, открыто. Вот только, думаю, я, как и многие мои сограждане, давно уже опоздала. Предвыборная борьба началась позавчера. Есть теневая экономика, a есть теневая политика. И того и другого в Кыргызстане в избытке. В итоге страна бедствует экономически и гибнет нравственно. И это будет продолжаться, если продолжится декларация одних правил, а жизнь будет идти совсем по другим.
    Если верить президенту, то “Год за годом повышается благосостояние людей. С уверенностью можно сказать, что экономический рост в республике приобрел устойчивый характер и стал необратимым”. Складывается такое впечатление, что Аскар Акаев говорит совсем о другой стране, не о той, из которой в поисках куска хлеба (!) бегут молодые мужчины и женщины, не умирают в нищете старики, не вырастают на базарах дети, надрывно таща непосильные тачки, а свободолюбивый дух народа не уступает постепенно место рабской покорности. Между тем не будь народ нищим, разве стоял бы он в очереди за подачками всякого рода кандидатов во всякого рода как бы демократические институты власти?! Что такое честь и достоинство, знают сытые люди. Голодный человек знает, что такое дополнительный кусок хлеба.
    Каждому по потребностям. За голос
    Едва лето перешло в осень, как ко мне подошла активная наша соседка и тихо, как бы оглядываясь, спросила: “Что бы ты хотела?”. Я нервно вздрогнула: “В каком смысле?” — “Ну вот что тебе нужно в материальном плане?” — “А что, — пугаюсь я, — можно хотеть?” — “Можно и даже нужно. Весь двор уже записался”. — “Да вот тротуары бы заасфальтировать… Чтоб свет горел. И чтоб в лужи не проваливаться, не спотыкаться о ямы и бугры, едва выйдя из подъезда”. — “Это уже записали. Что еще? Вот лично тебе, ты чего бы хотела?” — “Ну, допустим, денег”. — “Сколько?” — “А сколько можно?” — “Ну, не знаю. Проси, сколько нужно, может быть, сколько–нибудь дадут”. — “Да кто даст–то?!” Соседка еще раз оглядывается по сторонам и шепчет: “директор пивного завода”. Поеживаясь, вспоминаю интеллигентного директора, который несколько последних лет активно прессовался большими людьми нашего государства, безуспешно пытался баллотироваться в парламент и, кажется, вот–вот потеряет и сам завод. Ну, думаю, может, с человеком что–то не так? С чего это он вдруг стал выступать в роли ангела, готового выполнить любые желания горожан?! “Он сам вам об этом сказал, — уточняю, — вы правильно его поняли?” И вздыхаю: до чего жизнь человека довела. Но как благородно, как красиво съехала крыша… “Нет, не сам. Люди от него ходят. Меня попросили составить списки желаний но нашему двору”. — “И что просят?” — “Каждый свое: кто сахар, кто муку, кто бесплатный телефон, кто работу…”. Тут меня, наконец, осеняет: а взамен что? “Ну что… Разве непонятно? Депутатом хочет быть”. — “Так ведь указа президента еще не было! Ведь это нарушение закона”. Соседка вздыхает: “Мне что? Меня попросили записать, я и записываю”. Подтянулись другие соседи. Бойко стали обсуждать ситуацию. Стихийным митингом постановили: брать все, что дают, a там видно будет. Активная соседка предостерегла чрезмерно говорливых: “Тише вы, вон там стоят те, кто от него приходил. Сейчас всех вас перепишут и будет вам вместо желаний совсем другое”. Народ мигом присмирел и стал рассасываться. Группа поддержки смотрела на нас явно неодобрительно.
    … Вот это и есть та самая “кыргызская демократия”, которая, по мнению президента Аскара Акаева, должна противостоять “демократии, навязываемой извне”?! Оглядываюсь на группу поддержки: там также были наши соседи, но другие, из действующих чиновников, служащих, словом, из тех, кто более или менее устроился в этой жизни и имеет постоянный кусок хлеба с маслом. Вжимая головы в плечи, от них разбегались те, у кого в реальности мизерная пенсия, бежали те, у кого нет денег на нормальные лекарства, еду, одежду, кто не уверен не только в завтрашнем дне, но и в сегодняшнем. И страх, впитанный с молоком матери, укрепившийся за годы так называемой демократии, когда на смену чувству собственного достоинства пришло ощущение бессилия и полной своей беззащитности, подстегивал их, гнал прочь в призрачную безопасность собственного жилья…
    Одни от нервности молчали. Другие, наоборот, говорили и говорили. И апофеозом страху и полной своей никчемности стала громкая, почти визгливая скороговорка кого–то самого нервного: “А что? Мы любим Акаева! Как он скажет, так и будем делать”. И шеи выворачивались и выворачивались в сторону группы поддержки: услышали ли? При чем тут Акаев, мы о нем, что ли, говорим, дернулся было кто–то. Но его быстро одернули: о чем бы мы ни говорили, власть есть власть.
    Теперь понятно, кого имел в виду Аскар Акаев, говоря о том, что для формирования кыргызской демократии (нам не нужны всякие там демократии извне!) “следует мобилизовать очень мощный интеллектуальный потенциал страны”. К этому потенциалу относятся только те, кого устраивает нынешнее положение дел в республике, а все остальные, кто они такие в самом деле?! Питательная среда для подлой оппозиции, которая рвется к власти. Следовательно, что с ними нужно делать? Ответ ясен: держать в страхе. В страхе потерять работу, смысл жизни, перспективы.
    Территория вседозволенности
    Но все–таки что такое случилось с директором пивного завода?! И когда ждать людям обещанного? Все оказалось так просто, что даже грустно. Пивной завод перешел в другие руки. Эти руки “закрыли” висевшие на нем кредиты. Бывший директор пивного завода проиграл сильным нашего мира. Ушел с позиций. Какой будет судьба завода в дальнейшем, никто не знает, его бывшие работники потихоньку забирают трудовые книжки. А главным в этой ситуации оказался некий предприниматель Таалай Субанбеков, владелец множества автозаправок, человек, поговаривают, небедный. И это именно от него ходили гонцы–ангелы, готовые исполнить любое желание горожан. Почему он отрекомендовался директором именно пивного завода, а не заправок — не ясно. Может быть, тем самым попытался снизить людские аппетиты? Ведь пиво это одно, а бензин — совсем другое. За этим именем автоматически потянулось другое — Бакирдин Субанбеков, министр внутренних дел республики, старший брат Таалая Субанбекова, недавно открывший с большой помпой в городе Кара–Балта крошечную детскую игровую площадку. Городские власти от умиления перед этим фактом чуть не рыдали. При их попустительстве вокруг города разрушен садово–огороднический пояс, создававшийся не одно десятилетие, кормивший не одну семью, но этот факт из глаз городских властей слезу почему–то не вышиб. А тут, пожалуйста: министр–благодетель, какой бесценный, какой нужный подарок он сделал городу…
    Таким образом, запрещенная до указа о выборах агитационная работа Таалая Субанбекова, возжелавшего стать депутатом Жогорку Кенеша, началась и развивалась тогда, когда другие позволить себе такого не могли. Знал ли о том, что его братишка нарушает закон, старший брат? Знал. Сведущие люди поговаривают о том, что он уже давно провел ряд “консультационных” встреч в Жайылском районе, настоятельно рекомендуя поддержать брата. А со своей стороны сам он, видимо, будет, как это предписывает ему президент Аскар Акаев, “оказывать избирательным комиссиям надлежащую помощь и поддержку”. Кто в этом сомневается!
    В связи с этим хотелось бы понять, какой смысл вкладывает президент Аскар Акаев в такие вот свои слова: “Мы можем и должны предстоящую избирательную кампанию провести на самом высоком уровне. Сделать ее новым, более высоким этапом в демократическом развитии Кыргызстана”?
    Но главный вопрос все–таки следовало бы задать не президенту республики, он витает в эмпиреях и пока что эти самые эмпиреи имеет в реальности, станет ли он реагировать на столь очевидное несовпадение его слов с реальностью? Его не следует задавать и господам Субанбековым, которые, надо полагать, действуют по принципу: разрешено все, что не запрещено. А кто им запрещал нарушать законы? Никто. Вопрос следует адресовать ЦИК, его главе Сулайману Иманбаеву: зачем у нас существует этот самый ЦИК, если ничего такого он в упор не замечает и готов реагировать только постфактум, когда выборы уже состоятся, когда все кончится и парламент будет сформирован? Эдакие чиновники от демократии, сидят себе в белых домах, белы ручки не марают, легко отписываются от нападок прессы, а все в нашем общем доме идет так, как хочет верховная власть, которую якобы вновь и вновь выбирает народ. Помилуйте, это можно подавать американцам, им можно на этом голову морочить, что до нас, то мы понимаем: при таком ЦИК (вечном и несменяемом, как сам президент) ни о каких демократических выборах говорить не приходится. Это американцы свято верят в то, что у нас все голоса сразу попадают в компьютер и затем идут в головной офис нетронутыми и полными. А мы же видим, как сначала в селах местный айыл окмоту вычеркивает из простой бумажки, которой еще только предстоит попасть в компьютер, из тысячи голосов неугодного власти кандидата один нолик, затем другой нолик убирают в районе, третий — в области. В результате “плохой” кандидат остается с одним голосом, а ЦИК разводит руками: это воля народа… Непробиваемая стена. Неприступны бастионы власти, которая сменяться не хочет. А измученный политическими игрищами народ записывается в очередь к земным ангелам, обещая им в обмен на дополнительный кусок свою совесть.
    Людмила Жолмухамедова.
    P.S. Люди продолжают совещаться: брать или не брать взятки от кандидатов? Брать, потому что жить тяжело. Но как проголосовать за того кандидата, которого душа просит, если палец краской вымажут? Что тебе та краска, говорит один, ее все равно не видно. Не скажи, отвечает другой, она и в кабине будет светиться, покажет, что я взял сахар у одного, а проголосовал за другого. И это — разговор людей с высшим образованием! Предполагали ли американцы такую нашу реакцию на попытку сделать выборы честными? Люди продолжают обсуждать: еще летом ходили тут какие–то от одного молодого бизнесмена, дали путевки на Иссык–Куль врачам, учителям, теперь те за него будут голосовать. Никто не сомневается в том, за кого будут работники милиции в Жайылском районе, студенты…
    А в это время другие кандидаты в депутаты обдумывают программы, с которыми, когда наступит срок, выйдут к народу. А?! Полагаю, что новый парламент уже давно сформирован. Ждем–с только 27 февраля 2005 года, когда эти, ныне секретные, материалы власть в соответствии с “законами” республики и огласит. Но при чем тут демократия?!

    


Адрес материала: //msn.kg/ru/news/8860/


Распечатать: Демократия в опасности. Но по чьей вине? РаспечататьОставить комментарий: Демократия в опасности. Но по чьей вине? Оставить комментарий

Посмотреть комментарии: Демократия в опасности. Но по чьей вине? Посмотреть комментарии

Оставить комментарий

* Ваше имя:

Ваш e-mail:

* Сообщение:

* - Обязательное поле

Наши контакты:

E-mail: city@msn.kg

USD 69.8499

EUR 77.8652

RUB   1.0683

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

MSN.KG Все права защищены • При размещении статей прямая ссылка на сайт обязательна 

Engineered by Tsymbalov • Powered by WebCore Engine 4.2 • ToT Technologies • 2007